Смотря на других: художник как этнограф?

Этнографию принято определять как науку, изучающую народы и другие этнические образования, их происхождение, состав, расселение, культурно-бытовые особенности, а также материальную и духовную культуру. В глобальном смысле современную этнографию мы мыслим как область научного знания, изучающую (но, отчасти, и конструирующую) других — отличающихся от большинства.

Как и в любой области научного знания, если в ней выступает художник, то мы, чаще всего, можем говорить о смене формата восприятия исследования — вместо, или помимо текстов, появляется еще и чувственный уровень восприятия, позволяющий погрузиться в контекст исследования. Смена этих режимов, с одной стороны, имеет ряд преимуществ, с другой, нередко встречаются случаи, когда авторов критикуют за экзотизацию или маргинализацию сообществ, с которыми они работают. Сейчас художественные проекты, созданные этнографическими методами или с использованием принципов этнографии, предполагают большой уровень рефлексии художников и кураторов, выступающих на этом поле.

Этот проект Френсиса Элиса включает в себя более 20 видео работ, снятых, в большинстве своем, на Глобальном Юге. В течении нескольких лет художник снимает короткометражные фильмы об играх детей, которые, в той или иной степени живут в «неблагоприятных» регионах. Для Элиса важно, что дети живущие, например, на границах спорных политических территорий или в регионах с тяжелой экологической или климатической ситуаций, остаются детьми. Наибольший интерес здесь вызывает возможность увидеть героев съемок не как продукт тех или иных обстоятельств, а как создателей своих собственных миров. Хаос вокруг становится источником предметов для игры, и уже в игре эти вещи приобретают свои собственные роли и начинают жить по внутренним правилам созданной вселенной.

Мы видим, что эти выдуманные миры отталкиваются от имеющихся условий и обстоятельств, но еще и отражают пронизывающие общество культуру, те или иные социальные установки. Таким образом, наблюдая за регулярной детской игрой, разворачивающийся из хаоса, мы можем попробовать делать выводы об устройстве сообщества в целом.

В проекте Экспонат Б художник Бретт Бейли исследует репрезентативные механизмы и этические аспекты «человеческого зоопарка» — феномена, популярного в Европе в XIX веке и существовавшего вплоть до Первой мировой войны. Для Бейли это явление не теряет актуальности, а скорее наоборот, является убедительной точкой для обнажения той оптики, через которую современная постколониальная Европа обращается со своими историческими и современными «другими».

Бейли неоднократно подвергался критики за тот проект, что вполне обосновано. Перформеры (если то слово здесь уместно, возможно лучше сказать герои его работ) ни раз высказывали опасения, что они «развлекают людей так же, как человеческие зоопарки».

Работа, призванная показать жестокость механики отчуждения и экзотизации, присущей европейской культуре, сама едва ли не переходит эту грань.

Критика этого проекта может развиваться в двух направлениях. С одной стороны, невозможно игнорировать тот факт, что сам художник здесь занимает позицию того самого «белого европейца», кем он, по сути, и является. И здесь возникает вопрос, можем ли мы абстрагироваться от оптики и привилегий самого художника, или нет? С другой стороны, воссоздавая практически дословно процесс конструирования «другого», художник как будто предполагает, что критика и рефлексия отчасти обеспечиваются институциональными инструментами — пространством галереи, художническим стейтментом за проектом. Вопрос в том, насколько это рабочая стратегия.

REPOhistory коллектив художников и исследователей, создавший за время своего существования (с 1989 по 2000 года) множество совместных проектов. Миссия коллектива обозначалась как создание сайт-специфических и информативных работ, раскрывающих забытые истории представителей рабочего класса, меньшинств и детей.

Buttermilk Bottom это серия интервенций, показывающих скрытую историю Атланты. На фотографиях мы видим некоторую вариативность медиума — это могут быть и прочерченные границы поселения, и рассказы личных историй, но все они, так или иначе, используют привычный визуальный язык городской информации: знаки, таблички, дорожная разметка.

Название проекта Buttermilk Bottom повторяет название афро-американского района в центральной Атланте, считавшегося трущобами. Само название может быть связано с запахом скисшего молока на улицах, часто появлявшегося из-за низины в канализационной системе — затхлый воздух, застоявшаяся вода. Другая версия связана с тем, что жители района не могли позволить себе свежее молоко, поэтому пили кислое, которое было культивировано ради увеличения срока годности — в районе не было электричества, и, разумеется, холодильников. В 1960х годах большая часть района была снесена, чтобы освободить место для новостроек. В первую очередь здесь был построен конференц-центр Атланты, в 1967 году. Таким образом, на фотографии выше мы видим дату, обозначающую последний год существования района, хранившего свою историю и истории жителей.

Работа Йинки Шонибаре Двойной Голландский — отсылающий к минимализму, но и ломающий его, художественный проект, в котором автор использует живописные пятна поверх тканей, сделанных в технологии набивного батика. Это серия из 50 тканей, натянутый на подрамники, стену под которые художник выкрашивает в ярко-розовый цвет, как будто подтрунивая над брутальной эстетикой минимализма. Сами узоры на ткани, и выбранный цветовые сочетания, отсылают к принтам, ассоциирующимся с Африкой. Такие ткани в Европе традиционно связанны с некоторой историей экзотизации африканской культуры, а в контексте практика художника могут считываться как история о поиске и определении идентичности.