В художественной работе бессознательное становится своеобразным зеркалом эпохи, в которой человек одновременно производит огромное количество информации о себе и все меньше понимает силы, определяющие его повседневность.Именно поэтому тема оказывается связанной с темами, которые нередко подвергаются самоцензуре в институциональной среде. Вместо прямого разговора о кризисе экономики, цифровом капитализме или социальных трансформациях проект может исследовать их следы в психике. Не утверждая, что бессознательное напрямую определяется этими процессами, а показывая, что наши фантазии, тревоги, способы воспринимать будущее и даже поиски духовности возникают не в пустоте, а формируются в историческом моменте, где распад привычных жизненных сценариев, борьба за внимание и стремление вернуть ощущение контроля становятся не отдельными проблемами, а взаимосвязанными чертами современного опыта.
Однако небезосновательным будет предположить, что наш интерес к бессознательному и то каким способом мы им интересуемся и какими словами о нем разговариваем не естественнен, а в определенном смысле сконструирован. Современный человек начинает бессознательно оценивать каждую свою мысль с точки зрения ее потенциальной успешности, эстетичности или приемлемости, и эксплуатация происходит уже не только на рабочем месте, а внутри самой психики. Капитализм эксплуатирует не только труд, он эксплуатирует внимание, эмоции, желание, тревогу, стремление к признанию.Эксплуатируется способность человека постоянно производить самого себя.
Еще пару десятилетий назад жизненная траектория большинства людей воспринималась как относительно предсказуемая, и несмотря на то что этот сценарий никогда не был универсальным и одинаково доступным для всех, он задавал понятную последовательность: получить образование, найти работу, создать семью, построить карьеру. Такая структура формировала ощущение спокойствия и понятных перспектив и позволяла воспринимать будущее как нечто понятное и что действительно можно планировать.Сегодня эта последовательность все чаще утрачивает устойчивость. Профессии быстро меняются, гарантии занятости сокращаются, социальная мобильность становится менее очевидной, а идентичность перестает восприниматься как нечто неизменное. Вместо единой жизненной траектории человек оказывается вынужден постоянно пересобирать собственную биографию, адаптируясь к меняющимся условиям и заново определяя свое место в мире.
Что если даже наши самые интимные желания сформированы не только нами? Что если бессознательное перестало быть исключительно внутренним пространством и стало местом, где пересекаются социальные нормы, цифровые технологии и механизмы власти?
