Удовлетворение потребностей игрой на этапах взросления.

Мне всегда было интересно играть, но я ни разу не пыталась деконструировать свою любовь к играм и определить, чего именно мне нравится получать от этого процесса. С ранних лет я придумывала себе игру по душе, переделывала существующие игры и правила под свое видение, любила играть, как ребенок, создавая мнимые ситуации. Затем в моей жизни появились настольные игры, от шахмат до монополии, и только преодолев порог начальной школы, я открыла для себя мир видеоигр: сначала мобильных, а спустя несколько лет и компьютерных.

В своем исследовании я хочу пройтись по этапам взросления человека на собственном примере, анализируя значимость и смысл игры на каждой из стадий. Мне хочется проследить, как меняются игровые пристрастия, почему так происходит, и что получает ребенок и впоследствии взрослый человек от игры в разных фазах собственной жизни. В ходе своей работы я планирую обращаться к трудам психолога Выготского и философа Кайуа.

Также исследование будет отсылаться к работе американского психолога Абрахама Маслоу.

1. Неосознанная форма игры;
2. Ребенок дошкольного возраста: начало осознанных игр, первое внедрение правил;
3. Школьные годы: изменение игровых интересов;
4. Окончательное взросление: продолжение игры или отказ от нее.

Я помню себя с двух лет урывками и с трех лет полноценно. В этом возрасте я много времени проводила времени с бабушкой, которая активно поддерживала мои игры. Тогда я даже не осознавала, что деятельность, которой я занимаюсь, называется игрой.

Я не любила играть в куклы, но все равно мне нравилось создавать мнимые ситуации и погружаться в них: так, например, мне очень нравилось играть в магазин. Я собирала подходящие предметы по дому и выставляла их в ряд, а игрушечный самосвал помогал мне в доставке этих предметов к моему «магазину». Бабушка пыталась помочь развить мою игру и подсказать мне некоторые варианты развития моего магазина, но, услышав скучные усложнения, мне становилось неинтересно и я забрасывала эту игру. Данная ситуация прекрасно соотносится с теорией Выготского о том, что мнимая ситуация является самодостаточным качеством, делающим игру игрой, а дополнительные правила и усложнения в таком возрасте совершенно лишние.

На фото выше у ребят есть не только мнимая ситуация, а множество подходящей атрибутики, а также уже немного задействованы правила: ценники и деньги. Для ребенка более младшего это уже считалось бы излишком, который затрагивал слишком много когнитивных функций и приводил к усталости и забрасыванию такой игры.

Что же нужно детям самого младшего возраста? Простейшие мнимые ситуации, с которыми они сталкиваются сами, но еще слишком малы, чтобы принимать в них участие, либо не могут по иным причинам. У детей такого возраста еще не сформировано ассоциативное мышление, поэтому они не могут воображать нереальные ситуации, и их игры сводятся к мнимым ситуациям, которые в свою очередь содержат в себе сильный упрощенный паттерн действий, который ребенку по силам. Дети в таких играх «надевают маску» того, кем не являются, но хотят быть. (Принцип Mimicry — Роже Кайуа.)

По собственному опыту хочу отметить, что помимо очевидной потребности — получения фана, мне в моих играх важно было чувствовать себя полезной (продавец магазина, без которого люди остались бы без важных продуктов). Я всегда придумывала мнимые ситуации, в которых я не просто повторяю какие-то действия, что выполняли другие на моих глазах. Мне было важно, если так можно выразиться, чтобы в этом своем маленьком мирке я обретала социальную значимость и признание.

Забавное соответствие: физиологические потребности и нужда в безопасности ребенка удовлетворены, далее открывается нужда в социальном принятии и уважении. Казалось бы, пирамида Маслоу слишком сложна для психики ребенка столь раннего возраста, отнюдь ее иерархия применима даже здесь.

Немного повзрослев, я стала усложнять свои игры, или играть в существующие игры, самостоятельно меняя правила по мере пресыщения.

Так вышло, что моей первой осознанной игрой с правилами стали шахматы. Я научилась играть в них очень рано (я взрослела быстрее сверстников, поэтому к моему примеру можно прибавлять пару лет, чтобы проецировать исследование на средне статистического ребенка). В четыре года я уже могла играть, а к пяти иногда даже обыгрывать взрослых. Мне нравилось учиться и совершенствовать именно ради того, чтобы побеждать еще чаще. Мне нравилось, что в игре нет случайности, и все зависит только от меня. (Принцип агональности, Кайуа.)

Следующей игрой, сильно повлиявшей на меня, станет настольная игра «Монополия». Эта игра поглотила меня очень надолго, я пробовала разные стратегии (от планомерного развития до мухлежа с деньгами). Мне было важно получить больше всех, не только выиграть, но и в процессе игры чувствовать себя важной богатой дамой. Интересно заметить, что Монополия совмещает в себе принципы Agon и Alea (по Роже Кайуа), сосуществование соревновательности, правил и успеха, зависящего только от игрока вместе с удачей, случаем.

Это вновь перекликается с пирамидой Маслоу (карьера, успех, пускай и мнимый).

Хочется заметить, что выбор игр с правилами — характерная особенность выбора ребенка позднего дошкольного возраста и совершенно закономерная черта его развития.