Ритуалы в искусстве 2010-х годов

Центральной темой данного исследования является ритуальность в искусстве 2010-х годов. В работе задается цель: выяснить, каким является предмет изучения художников, какие методы и стратегии они используют, а также какие сложные комбинации вступает современное искусство и тема ритуалов. Стоит обратить внимание на то, каким был контекст работы в 2010-х годах. Мы обратимся к недалекому прошлому и выясним, какова роль трендов в освещении коллективной и личной историй. Мы рассмотрим, как повлиял подчерк времени и современные медиа на методы работы художников с материалами, а также на их самоопределение, их путь в искусстве.

Нам интересно прежде всего то, как художники 2010-х годов работают с памятью, переосмысляя и воспроизводя ритуалы в современном контексте. Так вышло, что в искусстве 2010-х годов огромную роль играет работа с прошлым и, конечно, ритуальность тоже к этому относится. Художники поднимают темы идентичности в эпоху глобализации и строят свои практики на внутренней мифологии и на своих любимых мифологиях(например, Ульяна Подкорытова использует культуру русского севера), а Антуфьев работает с артефактами, поднимая тему памяти.

Евгения Антуфьева является тема переплетения различных аспектов человеческого бытия: самоощущения, поиска идентичности, внутренней мифологии и памяти. Каждый из художников по-своему исследует эти темы, создавая уникальные художественные миры, в которых личное и коллективное, прошлое и настоящее, реальное и мифологическое сплетаются в единое целое. Ульяна Подкорытова строит свою практику на основе внутренней мифологии, черпая вдохновение из культуры русского севера и интернет-фольклора. Она создает собственных персонажей, таких как Гертруда Свирепая (Косая), и иронично переосмысляет темы русского космизма, исследуя вопросы идентичности в эпоху глобализации. В ее работах традиционные материалы и техники сочетаются с современными медиа, отражая сложность и многогранность культурного кода.

Евгений Антуфьев в своих работах исследует роль вещей в контексте памяти человека, вписывая их в личную и коллективную историю. Он обращается к искусству Древности, создавая диалог между прошлым и настоящим. Антуфьев использует различные артефакты, семейные реликвии и даже останки живых существ, стремясь преодолеть границы между жизнью и смертью, создать пространство, где смерть теряет свою окончательность. Его инсталляции напоминают детские коллекции "секретиков", превращенные в сложные пространственные повествования. Все три художника тщательно отбирают материалы и образы, руководствуясь своими внутренними ощущениями и переживаниями. Их творчество основано на глубоко личном опыте, который находит отражение в создаваемых ими мифологиях и нарративах. Подкорытова, Горшенина и Антуфьев демонстрируют, как современное искусство может переосмыслять и актуализировать традиционные культурные коды и практики, создавая новые формы взаимодействия между индивидуальным и универсальным, локальным и глобальным.

Деятельность Ульяны Подкорытовой тесно связана с культурой русской севера, собственной мифологией, цифровизацией, иронией. Народной сознание, по ее мнению, способно рождать странные обряды. Главной темой для Ульяны Подкорытовой является тема идентичности в эпоху глобализации. Она строит свои практики на внутренней мифологии, совмещая их с интернет-фольклором. «Внутренняя» мифология, на мой взгляд, составляется Ульяной с помощью поиска идентичности, переплетенного с изучением своей, русской, культуры, а также обращения к практикам прошлого через материалы и упоминание разнообразных ритуалов русского севера. Она иронизирует на тему русского космизма, поднимая феминную тему, создавая своего собственного персонажа. Косизм характеризует саму художницу и ее альтер-эго, наделяя персонажа такими качествами как сила воли и свобода, которая дает право совершать порой даже безумные поступки. В своей выставке «Быстрая жизнь — медленный мир» она поднимает тему природы и мифа, которые и поставляют для нее дух России. Подкорытова выражает свою симпатию «вечности», которая переплетена с ритуалами, мифами, самой страной.

Художница создает собственный храм внутри музея, в котором сущетствуют все его атбрибуты, включая объект культа, поклонения-косу. Ульяна сакрализиурет косу, делая ее символом "косизма", иронически осмысляющего популярное направление русского космизма. Художница работает с обсессией, делая объектом культа очень монотонную работу - плетение косы. Коса здесь становится будто навязчивой идеей, преодоление которой лежит в сакрализации и бесконечном повторении одного и того же действия - ее плетения.

Впервые образ косы возникает в работе "Двоеверие". Термин «двоеверие» говорит о возможности параллельного существования нескольких религиозных элементов. Сама художница говорит о том, что "Главные героини фильма становятся служителями внутреннего культа свободы, одновременно являясь служителями общественной инстанции". Поклоняясь внутренней свободе, они, тем не менее, являются полиционершами. Ульяне нравится осмыслять реалии России, поэтому в ее фильме мы не можем понять, в каком времени живут персонажи. Они будто потеряны между прошлым, настоящим и будущим, они не могут определить свое положение между глобализацией и традиционностью, оттого и возникает "двоеверие".

Художница, с одной стороны, иронизирует над русским космизмом, создавая свой культ - косизм, с другой, для поддержания образа интернет-фольклора создает образ Гертруды Свирепой(Косой), которая возникает благодаря образу Олейникова в его произведении Марка Свирепого. Гертруда - это сильная женщина, сочетание "героя" и "труда", она с косой, фольклорным атрибутом, совершает странные "геройские" поступки, но в них нет никакого смысла. Ульяна делает героиню вневременной, сочетая традиции советского прошлого, к чему отсылает свое мнение, и неясного настоящего, в котором совершенно не очевидно, чем заняты люди, чем мотивированы происходящие события.

Рай`ок состоит из двух смысловых вещей: рай и ок. Также райок это переносной театр в древние времена. Второй части через апостроф идет "окей" связан с миром сети, потому что, как правило, оттуда нам поступает англицизированный сленг. В онлайне пользователи часто обращаются к словам-гибридам, что создает свое фольклорное пространство. Главным экспонатом является интернет-опера с несколькими персонажами, которых озвучивает сама Ульяна. Для "арий" художница исследовала этнографическую и музыковедческую литературу. Абсурдные на первый взгляд части общей музыкальной композиции создают ощущение русского народного галлюциноза.

Райок - то, что присутствовало на народных ярмарочных гуляниях. Изначально так называли переносной театр. Здесь заметно пересечение приема с выставкой "Косая", где зритель мог смотреть на происходящее через маленькое деревянное окошко, ящик с линзой, как в старину. Творчество ульяны привязано к русской образной системе.

Интересно, что зритель сталкивается с своеобразными интернет-суевериями, такими как "письма счастья". Самое страшное, что может случиться - появление семилетней березовой волчицы в сапогах Элтона Джона. Так художница уже исполняет пророчество. Животные в восприятии художницы становятся объединяющим разные контексты существом. Береза, лапы-ветви - безоговорочный символ русской культуры, а сапоги часто встречаются в сказках. Сам волк часто появляется в фольклоре и самой образной системе Ульяны, так как присутствует, например, в ее видео-артах. Таким образом, все становится подчинено внутренней мифологии художницы, которая, конечно, не может существовать без классической для русской культуры образной системы. Характерно, что Подкорытова в своем творчестве использует только натуральные материалы: нити, дерево, глину. Самим материалом она инициирует погружение в обычаи, а также исследует культурный код, который складывается самостоятельно, когда художница подчиняется материалу.

Персональная выставка "Быстрая жизнь - медленный мир" важна прежде всего потому, что раскрывает уже упомянутый парадокс, возникающий при анализе того, что такое прошлое и будущее, каковы их пересечения. Подкорытова рассуждает о бремени ожидания, невыносимого при огромной скорости течения современности. Замедление, благотворно влияющее на человека, разрушает самого современного человека. Художница, на мой взгляд, с помощью этого тезиса критикует мир интернета, в котором мы часто слышим об успехе и результатах других. [Ульяна Подкорытова, 2022]

Подкорытова называет мир "медленным", потому что считает его неким "возвышенным" существом, изменения в котором происходят совсем не быстро, противореча духу времени. Она рассматривает природу как объект, меняющийся на протяжении долгого времени. Непростое время настоящего несётся и закручивается лихими вихрями, однако мы не в состоянии остановиться и ожидать. Мир представляется слишком медленным, мирное представляется недостижимым. Художнице кажется, что достаточно поклониться птице, ветке, камню, горе, чтобы понять, что жизнь не так уже скоротечна, посмотреть на "вечную" природу, которая не подчиняется течению времени в восприятии человека. Природные объекты видятся ей тем, что может помочь нам почувствовать этот диссонанс в восприятии мира и его реального течения. Подкорытова обращается к пространству мифов и населяющим его существам и сущностям, грозным и добрым одновременно.

Алиса Горшенина работает в разных материалах, но большую известность ей принес текстиль. Она создает фигуры, которые становятся для нее личными, практически тотемными. Все образы, созданные Алисой и часто повторяющиеся несут в себе огромную рефлексию о собственной жизни, она пропускает события через свою призму, связывая ее с внутренней мифологией на основе местных легенд, фольклором, детством. Мифология складывается из историй, услышанных Алисой от бабушки, например.

Уральская кома- это общий термин для Алисы Горшениной. В его основе лежит ощущение тяжести, бремени судьбы, городского удушья, незримое, но всегда ощущаемое. Художница считает, что люди на Урале как будто сидят в железном ящике, они задавлены городом, но в них до сих пор сидит животное и требует воссоединения с природой. Я вижу связь между желанием объединения с природой и поднятия темы ритуалов, мифов, будто это возвращение к чему-то сакральному, возвращение к началу.