Борьба с «диснеевщиной». Формирование уникального советского стиля

1. Концепция
2. Визуальные признаки "диснеевщины"
3. Советские альтернативы
4. Заключение

В 1936 году в Советском Союзе был издан приказ о создании студии «Союздетмультфильм», которая была организована как точная копия американской студии Дисней, вплоть до внедрения технологии конвейерного производства мультфильмов. Уже в начале своего пути студия показывала стремление перенять западные методы, и это вызывало как восхищение, так и критику.

Эйзенштейн также называл мышонка Микки одним из лучших актеров американского кинематографа и отмечал его выразительность и человечность, которая делала его образ более живым, чем многие антропоморфные персонажи.

Тем не менее, во второй половине 1930-х годов произошёл резкий поворот: началась активная борьба с явлением, которое стали называть «диснеевщиной». Считалось, что слепое подражание и копирование стиля Диснея привели к отрицательным последствиям, тормозя развитие собственного творческого поиска и уникального художественного языка, начатого в 1920-е годы. Художники, которые ранее восхищались методами Диснея, теперь резко отвергали их, называя американскую мультипликацию того времени «безнадёжной, бессодержательной и вульгарной». Этот конфликт отражал более широкий культурный и идеологический курс на формирование самостоятельного советского анимационного стиля, сочетающего художественную оригинальность и идеологическую направленность.

Советская мультипликация уделяла большое внимание образу персонажа, считая недостаточным опираться только на звериную или карикатурную образность. В СССР осознавали значимость создания образа человека как центрального в анимации. В то время как Уолт Дисней избегал изображать человека до выхода «Белоснежки и семи гномов» в 1937 году, советские художники стремились разработать персонажа с человеческими чертами и самостоятельной идентичностью. При этом попытки сделать таких персонажей не были успешными: комические образы часто воспринимались как оскорбление и упрощение образа советского человека, а более реалистичные — казались шаблонными и невыразительными.

Во второй половине 1940-х годов борьба с «диснеевщиной» вышла на новый этап, получив выражение в журнальной критике и риторике. Если раньше в адрес мультфильмов Диснея звучали хвалебные отзывы, то теперь они сменились жёсткой критикой. Так, в 1947 году Эйзенштейн указывал на избыточное подражание западной анимации и подчёркивал уникальность русского звериного фольклора и эпоса. Внимание переключилось на создание таких животных-персонажей, которые выглядели бы естественно в своей среде, но говорили и обладали человеческими чертами. Запрещались мультфильмы, где животные превосходили человека — примером критики служил фильм «Бэмби» (1942), в котором человек предстает жестоким убийцей.

Таким образом, советская мультипликация прошла путь от комплексного освоения западного опыта с уважением и подражанием к активной борьбе с ним, что выражалось в формировании собственного визуального языка, идеологии и художественных поисков.

Осуждению подвергались излишняя "слащавость". Так, Александр Иванов, который сначала выступал за освоение и применение методов Диснея, в 1940 году призывал критически оценивать это увлечение и указывал на избыток «поросячье-заячьей» тематики, которая заполонила экраны до 1938 года. Советские мультипликаторы пытались избавиться от поверхностности и коммерческого духа, характерного для диснеевских фильмов, и создавать более идеологически выдержанные произведения, воспитывающие в детях патриотические и коллективистские ценности. Творцы, изначально вдохновленные диснеевским стилем, впоследствии резко критиковали свое прежнее увлечение, признавая, что подражание американским образцам тормозило развитие советской анимации и подрывало её художественную самостоятельность.

Помимо этого, художники и аниматоры, ранее восхищающиеся прелестным круглым Микки Маусом, начали думать об образе постоянного героя в совсем другом направлении. Причем создание образов-масок, подобных Микки Маусу, было продиктовано распоряжением высокого кинематографического начальства и проходило под лозунгом «дайте нам советского Микки Мауса». Но советскому Микки не было суждено появиться на свет.

В какой-то момент советское правительство и, соответственно, советские аниматоры решили, что нужно в принципе отказаться от чересчур человечных животных, которые разговаривают, живут в собственных домах, ходят на двух ногах. В ответ на такие мультфильмы от Диснея Союздетмультфильм пытался транслировать поведение настоящих животных. Как, например, в "Золотой антилопе".

К тому же, в СССР добавили больше идеалогического контекста и приверженности патриотизму и традиционным ценностям. Человек в таких произведениях был в максимально хорошей, позитивной позиции, а не как, например, в нашумевшем “Бэмби”, где охотник представлен злодеем, от которого страдают бедные животные.