Do Ho Suh, Rubbing/Loving, 2016
Один из основных тезисов «Ориентализма» Эдварда Саида — фиксированность и однообразность восточных людей — стал основой второй главы. «Деконструкция „Другого“» раскрывает проблемы расовых предрассудков и предубеждений, связанные с восточным человеком. Художники опровергают, иронизируют, доводят до абсурда устоявшиеся стереотипы. Также художники обращаются к теме национальной идентичности.
2.1 Борьба со стереотипами
Работы следующих художников посвящены расистскому термину «желтая опасность».
«Жёлтая опасность» — расистская метаформа, изображающая народы «жёлтой» монголоидной расы в качестве угрозы «белой» европеоидной расе.
Lee Wen, Journey of Yellow Man, 1992
Lee Wen, Journey of Yellow Man, 1992
Lee Wen, Dreamboat, 1998
Lee Wen, Dreamboat, 1998
Lee Wen, Splash #7, 2003
Gede Mahedra, Acrylic Paint on Face, 2009
Kim Beom, Yellow Scream, 2012
Liew Teck Leong, body+dots+politics (yellow), 2016
Nicholas Tee, Yellow Peril, 2019
Nicholas Tee, Yellow Peril, 2019
Eugenia Lim, Yellow Peril, 2021
«Восточный человек был прежде всего восточным, и лишь затем уже — человеком».
— Эдвард Саид
Следующие работы про стереотипы относительно восточного человека и того каким он должен быть по мнению западного общества. Exotic-Мinority-Oriental раскрывает стереотипные слова, которые описывают явления или фигуры, отклоняющиеся от Запада. I Need You (Monument) про гибрид различных стереотипных образов азиатских женщин (китайская принцесса, японская гейша). Who am we? отсылает зрителя к стереотипу о самоотверженности и однообразности азиатских народов.
Bahc Yiso, Exotic-Minority-Oriental, 1990
Among Lee, I Need You (Monument), 1998
Do Ho Suh, Who am we? , 2000
Do Ho Suh, Who am we? , 2000
Работы Никки Ли посвящены стереотипному восприятию разных меньшинств: от экзотичных азиатских танцовщиц до панков.
Nikki S. Lee, The Hip Hop Project, 2001
Nikki S. Lee
Анну иронизирует над тем, как представители Запада не могут различить коренного американца от жителя Индии, сопоставляя исторические фотографии 19-го века со своими изображениями.
Annu Palakunnathu Matthew, An Indian from India, 2001-2003
Тайский художник Майкл Шаованай играет с предубеждениями и ролевыми моделями, «предназначенные» азиатским женщинам. Он представляет себя как жена, секс-партнер и девушка-прикрытие.
Michael Shaowanasai, SELF-PORTRAITS, 2004-2005
Michael Shaowanasai, Our Lady of the Low Countries, 2008
Екатерина Никонорова в своей инсталляции раскрывает клишированные стереотипы о «тюркичности», выраженные в коврах и бесконечных степях.
Ekaterina Nikonorova, Turn: Turk, 2008
Маски в серии We Are Everybodyelse работают как символ единообразия и схожести всех азиатов в представлении европейского человека.
Wimo Ambala Bayang, We Are Everybodyelse, 2008
Wimo Ambala Bayang, We Are Everybodyelse, 2008
Terms of Beauty — деконструкция идеализированной западной классики, которая бросает вызов расовой иерархии и культурной политике в современных глобальных социальных отношениях.
Debbie Han, Terms of Beauty, 2004-2011
Арбуз как плод карикатуры «Другого» часто служит расистским сокращением для афроамериканцев в США; в то время как в России он напоминает о спорном Кавказе, а в Европе — о странах происхождения мигрантов.
Slavs and tatars, Before the before. After the after, 2012
«Пейзаж» Таус Махачевой отсылает нас к стереотипу о «большом кавказском» носе.
Таус Махачева, «Пейзаж», 2013
Таус Махачева, «Пейзаж», 2013
2.2 Самоидентификация
Автор в данном разделе рассматривает вопрос самоидентификации. Как «Другой» видит себя сам и к какой этнической группе соотносит? Например, художница в проекте I am Turkish, I am Honest, I am Diligent… рассматривает процесс формирования идентичности — индивидуальной и коллективной — начиная со школьной скамьи.
Esra Ersen, I am Turkish, I am Honest, I am Diligent…, 2002
«Заговорить о поиске идентичности — это значит простонать от фантомной боли».
— Алия Кадырова, «Название пустоты»
Перформанс Boundaries that lie о том, как культурные границы, трудности иммигрантской жизни помогают в формировании и поиске своей идентичности.
Melati Suryodarmo, Boundaries that lie, 2004
Художница, заворачиваясь в традиционный ковер, воссоединяется с забытыми родными звуками, запахами, текстурами и своей идентичностью.
Таус Махачева, «Ковер», 2006
Rewriting The Erased Name про историческую память, роль культурных корней и имени в формировании коллективной и личной идентичности.
Writing in the Rain — перформанс про травму, потерю личной и культурной идентичности между поколениями.
FX Harsono, Rewriting The Erased Name, 2009
FX Harsono, Writing in the Rain, 2011
FX Harsono, Writing in the Rain, 2011
Лицо Таус Махачевой расписано хной, индийскими, африканскими и ближневосточными узорами. «Размежевание» посвящена смешению идентичности в современном мире через роспись.
Таус Махачева, «Размежевание», 2011
В проекте «Национальная самоидентификация» Ильмира Болотян предлагает зрителям определить ее национальность с помощью двух фотографий и анкеты. Национальная идентичность, в зависимости от восприятия может быть как предметом гордости, так и незаслуженной стигматизации.
Ильмира Болотян, «Национальная самоидентификация», 2015
Ильмира Болотян, «Национальная самоидентификация», 2015
Серия «Глобальное общество» поднимает тему потери национальной идентичности. В своих работах Мукажанова хочет показать «безликость» затерявшихся между «традиционной» и глобализированной культурами «манкуртов».
Гульнур Мукажанова, «Глобальное Общество», 2013
Гульнур Мукажанова, «Трансформация традиционных ценностей во время Глобализации», 2018
«Хорошо бы понять, кто мы такие и какие у нас ценности».
— Амгалан Ринчинэ
«Тамга» — «родовая печать» или «монгольское пятно» — пигментация на теле новорожденных, символизирующая принадлежность к роду кочевников. В работе Амгалан исследует культурный код своего народа и собственную идентичность.
Амгалан Ринчинэ, «Тамга», 2022