MRI CONSTRUCT

«Танцы памяти» — сочинение для симфонического оркестра, посвящённое памяти нивхского народа и почти утраченного языка и культуры. Во время работы автор беседовал с Евгенией Ловгун, представительницей нивхского народа, рассказавшей о детях, которых отправляли в интернаты вдали от семьи, родного языка и культуры. Сочинение не является реконструкцией нивхской музыки и не содержит фольклорных цитат. В его основе — два противоборствующих танцевальных тематических пласта: условно «нивхский» — изменчивый и таинственный, и условно «европейский» — прямолинейный, властный. Солирующий шаманский бубен — голос памяти о былом величии и надежды на будущее в новых условиях.

Произведение «Симфонии Юкагиров» вдохновлено подлинными мелодиями, песнями Юкагиров. Пьеса отражает внутреннее ощущение автора от культуры, бытовых обычий (охоты, оленеводства) и природы. В произведении сопоставляются современные композиторские техники (обновленное восприятие культуры малочисленного народа) и привычное, «античное» звучание, которое подчеркивают инструменты такие как английский рожок, валторна (напоминающая охотничий рог) и варган. В первом разделе использована подлинная мелодия — Колыбельная Ф. А. Шалугиной из сборника «Фолклер Юкагиров», взятого с сайта Института филологии Сибирского отделения Российский академии наук Средний раздел «Симфоний» — Лонгдол (традиционный круговой танец Юкагиров) — не просто танец, а ритуал, обозначавший единение народа.

Мной выбран фольклор чукчей и коряков. Связь с ним прослеживается через прямое цитирование нескольких песен этих народов в партитуре.

Какой фольклор выбран и как связан с партитурой? Выбрана «Колыбельная мальчику» из сборника «Нанайские напевы"/ Сост. Т. Д. Булгакова. Хабаровск, 1983. С. 21. Концепция произведения связана с выражением субъективного представления о шаманском ритуале. Растворение в загадочном и немного пугающем мире духов противопоставляется с индивидуальностью личности, находящей отражение в мелодии детства — колыбельной. Она звучит в полном виде, а также ее интонации растворяются в фактуре всей пьесы.