Рубрикация
- Концепция
- Организация пространства
- Фигура человека
- Элементы композиции
- Цвет
- Взгляд зрителя
- Вывод
Концепция
XIX век стал периодом активного формирования европейского представления о Востоке в искусстве, литературе и визуальной культуре. Стремительное развитие колониальной политики, и соответствующий рост интереса к восточной культуре привели к появлению направления ориентализма — изображения восточных городов, улиц, рынков, интерьеров и сцен повседневной жизни. При этом западноевропейская живопись формировала устойчивую визуальную модель Востока, основанную на определённых художественных и культурных представлениях. В рамках теории репрезентации изображение Востока рассматривается как способ конструирования образа инаковости, противоположной культурному сознанию Европы. Именно поэтому ориенталистская живопись представляет особый интерес: она позволяет проследить, каким образом искусство создаёт нужный нарратив и модель Востока через систему символов и опознавательных элементов.
Данное визуальное исследование обращается к проблеме репрезентации Востока в западноевропейской живописи XIX века. Основное внимание будет сосредоточено на инструментах формирования образа восточной культуры. Предметом исследования будут живописные сюжетные сцены, позволяющие проследить, как западноевропейские художники создавали целостное представление о Востоке, и в чем проблематика данной репрезентации.
Для анализа были выбраны параметры, позволяющие рассмотреть ориенталистскую живопись как систему формирования экзотического образа, выстраивающую параллель между двумя цивилизациями. Анализ работ будет проводиться с нескольких точек обзора: с точки организации пространства, изображения фигуры и толпы, предметного мира, а также позиции зрителя внутри изображения. Подобная структура позволяет перейти от общей композиции к отдельным элементам восприятия и понять, каким образом живопись формирует определённый способ видения Востока.
Карел Омс. Фантазия в Египте. 1865-1900
Одной из наиважнейших частей будет изображение человека. В ориенталистской живописи фигуры часто теряют индивидуальные характеристики и становятся частью общего визуального ритма композиции. Изображение восточного человека в данных произведениях подчиняется особой системе жестов, поз и взаимодействий. Анализ этих изображений позволит выявить, каким образом человек становится элементом репрезентации культурного различия.
Отдельное внимание в исследовании уделяется предметным элементам композиции ориенталистской живописи. Ткани, ковры, животные, орнаменты, растения и архитектурные детали являются смысловыми элементами. Через повторение определённых предметов и декораций западноевропейская живопись формирует систему визуальных знаков, с помощью которой Восток становится легко узнаваемым для зрителя. В этом контексте декоративность выступает важным механизмом репрезентации.
Фредерик А. Бриджмен. Ткачиха. Вторая половина XIX века.
Цвет в ориенталистской живописи выступает одним из ключевых способов закрепления образа Востока. Колористическая система таких произведений строится на насыщенных локальных цветах, контрастных сочетаниях и высокой плотности декоративных элементов. Через цвет художники формируют пространство, в котором восточная среда приобретает характер избыточного, дикого и культурно дистанцированного мира. В рамках исследования цвет будет рассматриваться как самостоятельный элемент репрезентации.
Заключающим аспектом исследования будет проблема взгляда зрителя. Композиция ориенталистских произведений выстраивается с позиции наблюдателя, рассматривающего восточное общество со стороны, как музейный экспонат. Это особенно заметно в изображениях сюжетных сцен повседневной жизни Востока в представлении художников, где создаётся эффект театральной сцены, вследствие отсылающей наблюдателя к экзотированному миру.
Тенденция европейского общества к экспонированию восточной культуры, как музейного образца, подтверждается на примере множества культурных и внешнеполитических событий, что однозначно становится ключевой проблемой репрезентации Востока.
Теоретической основой исследования станут исследования Эрнста Гомбриха, посвящённые проблеме восприятия изображения и культурной обусловленности зрения. Также будут использованы исследования по истории ориентализма Эдварда Саида.
«Ориентализм — это не пустая европейская фантазия о Востоке, а сотворенная совокупность теории и практики, в которую на протяжении многих поколений делались значительные материальные вложения.» [3]
Цель данного визуального исследования — выявить, как западноевропейская живопись XIX века формирует устойчивый визуальный образ Востока, как она репрезентирует восточное, и какие художественные механизмы участвуют в создании этого экзотического образа. Задача исследования заключается в рассмотрении ориенталистской живописи как системы репрезентации, организующей взгляд зрителя и создающей определённую модель восприятия восточного мира.
Организация пространства
Во второй половине XIX века ориенталистская живопись формируется в контексте активного расширения европейских империй и роста визуальных практик изображения колониальных территорий. В этот период изображение пространства становится способом построения модели культурного различия.
1. Амадео Прециози. Большой базар. 1850. 2. Альберт Йозеф Франке. Восточная рыночная сцена перед мечетью. Ок. 1886-90. 3. Альберт Йозеф Франке. У цирюльника. 1885-1887.
В данных ориенталистских произведениях можно выделить два типа пространственной организации. Городские сцены строятся через плотное заполнение композиции фигурами, архитектурой и предметами. Хорошим примером будут произведения с мотивами базара и городской повседневности. Пейзажные изображения, напротив, раскрываются через низкий горизонт, большое небо, пустынные участки, где пространство кажется более разряженным и протяжённым.
Джузеппе Хайманн. Пастбище на Ближнем Востоке. 1883; Хайманн. Ветер в пальмах. 1875; Хайманн. Африка, верблюд у моря. 1883; Г. Д. С. Корроди. Засада. До 1903; Неизв. Лагерь бедуинов. XIX в.
Однако эти два типа пространства могут работать во взаимодействии, как, например, картина Годфруа де Хагеманна, с изображением оживленной улицы, где при большом количестве фигур людей есть ощущение просторности.
1. Годфруа де Хагеманн. Восточная базарная сцена. 1877. 2. Жан-Леон Жером. Алмеи играют в шахматы. 1870
Свет в ориенталистской живописи часто мягкий рассеянный, с золотистой дымкой, которая создаёт ощущение пыли, песка и жаркого воздуха и объединяет все элементы сцены в одно целое.
«В случае же искусства (равно как и восприятия) речь всегда идет об узнавании уже знакомых схем и стереотипов.» [1]
Таким образом, пространство Востока создается через совокупность визуальных клише, которые начинают восприниматься естественно. Как отмечается в критике ориентализма, этот процесс связан с культурной иерархией, где привычное изображение Востока заменяет историческую и социальную сложность региона. Эта визуальная система закрепляет устойчивые типы сцен и композиции, повторяющиеся в живописи.
Фигура человека
Изображение человека и тела в ориенталистской живописи было сложным переплетением эстетических фантазий, колониальных представлений и попыток осмысления восточной внешности.
«Картина, изображающая привычный мотив в непривычной манере, нередко осуждается как „неправдоподобная“» [2]
Поэтому художники предпочитали изображать непривычный тогда мотив, но в привычной манере. Тела изображались идеализированно, с акцентом на красоту форм, но при этом лишённые индивидуальности. Художники использовали классические каноны красоты, адаптируя их к восточному контексту, что могло расходиться с реальной анатомией и нарушать логику. Например, в образах одалисок подчёркивались плавность линий, мягкость форм, что создавало иллюзию роскоши и изнеженности.
Жан Огюст Доминик Энгр Турецкие бани. 1862
Также уделялось внимание костюмам, украшениям, архитектурным фонам и другим элементам, которые создавали восточность персонажей. Это могли быть тюрбаны, шаровары, яркие ткани и орнаменты. При этом точность в передаче деталей варьировалась, например, некоторые художники стремились к документальной достоверности, другие довольствовались общими стереотипами.




