Антирасизм в цифровом искусстве

Цифровое искусство и культура интернета долгое время позиционировались как пространство, свободное от расы. В 1990-е годы, когда сеть только становилась публичной, доминировал нарратив о киберпространстве как о «нейтральной зоне», где у пользователя нет тела, а значит — нет ни расы, ни гендера, ни истории. Технологическая индустрия и формирующаяся вокруг неё художественная сцена создавали иллюзию, что цифровой мир по определению прогрессивен и лишён предрассудков «старого» офлайн-мира. Однако эта нейтральность всегда была мифом.

За фасадом «расовой нейтральности» стояла вполне конкретная реальность. Однако даже сегодня, как замечает исследователь Тимоти Смит, «практики и дискурсы в сфере искусства и технологий страдают от отсутствия инклюзивности и справедливости, что проистекает из расистской и колониальной истории, лежащей в основе искусства и образования» (Смит, 2021, с. 239).

Интернет с самого начала был не только местом творчества, но и полем наблюдения, расового профайлинга и воспроизводства тех же иерархий, что и в офлайн-мире. Чернокожие пользователи сталкивались с цифровым расизмом в виде алгоритмической дискриминации, исключения из технологических сообществ и одновременного потребления их идентичности как «экзотического ресурса».

Как формулирует Зак Блас, художник и писатель из Лондона, пост-интернет-искусство привлекательно для рынка за счёт того, что «нейтральная рамка обеспечивает безопасную, пустую концепцию, которую можно заполнить, что развращает самый политический потенциал эстетики» (Блас, 2014, с. 88). Материалом для моего визуального исследования как раз становятся проекты, отказывающиеся от этой «безопасной рамки». Я рассматриваю ряд проектов: от британского коллектива Mongrel, создающего целые альтернативные поисковые системы для насмешки над расистами, до проекта #PAYBLACKTiME Рафии Сантаны, превращающей цифровые пожертвования в реальную еду для голодных; от сатирической аренды чернокожих на сайте Дамали Айо до программного мемориала YoHa, возвращающего телесность жертвам нацистских баз данных. Все эти работы объединяет общее убеждение: цифровое искусство не может оставаться в стороне. Они отказываются от наивного представления о технологиях как о нейтральном инструменте и вместо этого задают неудобные вопросы: почему интерфейс всегда предполагает белого пользователя по умолчанию? Почему чернота воспринимается как «экзотика» или «товар», а не как норма? Как можно использовать цифровые инструменты не для воспроизводства, а для разрушения расовых иерархий?

Ключевой вопрос моего визуального исследования: какие темы, помимо непосредственно критики расизма, систематически возникают в проектах цифрового искусства, маркируемых как «антирасистские», и каким образом эти темы находят визуальное выражение?

Гипотеза моего визуального исследования заключается в том, что антирасистское цифровое искусство не ограничивается узкой темой, а охватывает широкий спектр проблем.

Mongrel — художественный коллектив, возникший в лондонском технологическом центре Artec — первом в Великобритании центре искусств, посвящённом изучению творческого применения цифровых технологий.

В то время стало очевидно, что критическое осмысление эксклюзивности технологий как таковое отсутствует, а чернокожим студентам трудно утвердить себя в цифровом секторе. Таким образом, группа сформировалась как прямой ответ на расовую дискриминацию в технологической сфере.

Само название Mongrel («дворняга», «метис») предположительно используется как переосмысленный уничижительный расистский термин в знак сопротивления.

Одной из ключевых идей коллектива было представление о себе как о «разношёрстной группе людей и машин» (V2_, Mongrel), стирающей границы между человеком и технологией.

Они самостоятельно осваивали программирование, создавали кастомное оборудование и использовали цифровые инструменты, потому что «чистота» и «раса» для них всегда были ложью, а подлинное сопротивление расовой сегрегации возможно только через создание собственных гибридных, «дворняжьих» пространств.

Проект Mongrel «Natural Selection» («Естественный отбор», 1996–1999) — «поисковая система нового типа» (Mongrel, Natural Selection). «Mongrel взломал популярную поисковую систему» (V2_, Mongrel) и перенаправлял пользователей, которые искали расистские материалы, на параллельную сеть своих веб-сайтов.

Перейдя на страницу Natural Selection на сайт Agent, пользователь попадает на веб-страницу, описывающую вымышленный софт ThinkMate.

Это якобы «интеллектуальный агент» (IQ agent), который должен адаптировать интернет под возможности вашего мозга, но чтобы его использовать, пользователю предлагается пройти «тесты», в которых требуется провести антропометрические измерения черепа для ранжирования людей по «расовым типам».

Сайт минималистичен, что продиктовано целью имитировать реальный веб-ресурс: всё выполнено в виде таблиц, хотя иногда появляются GIF-изображения.

Проект высмеивает псевдонаучные евгенические практики и ксенофобию, одновременно разоблачая миф о нейтральном интернете и демонстрируя, как технологии под видом удобной персонализации могут незаметно скатиться к расовому профилированию и воспроизводству колониальных иерархий.

Ещё один сайт поисковой системы Mongrel — Brutal Attack («Жестокое нападение»), где можно найти насмешливую историю «String 'em up» («Вздерни их») о нацисте, который постоянно бредит (ему снится Гитлер) и отказывается от психологической помощи.

На этой странице по ссылке Ties («Узы») открывается окно, где тот же лирический герой говорит уже о музыке и перенаправляет нас на страницу Skrewed (отсылка к британской рок-группе Skrewdriver («Отвёртка»), поддерживавшей идеологию НС-скинхедов).

Основные цвета проекта — чёрный и белый. Сама страница буквально разделена этими цветами, что создаёт ощущение полярности и бинарности. Здесь вновь появляются гифки и чёрно-белые изображения, формирующие визуальный контекст.

На самой странице Skrewed писатель Стюарт Хоум описывает десятилетний эксперимент по столкновению двух враждующих миров в одном треке — объединению музыки чернокожих националистов и неонацистов.

Хоума заботит не столько расистская идеология, сколько эстетическое ничтожество фашистской музыки. При этом музыка чернокожих кажется ему великой, даже если её политика ему чужда.

Сам акт сведения треков превращается в антирасистский жест: он демонстрирует, что расизм для автора не является «естественным порядком», а всего лишь одним из звуковых материалов для перебивки.

Веб-страница Heathrow (Лондонский аэропорт Хитроу) переносит пользователя в виртуальный аэропорт для проверки пригодности к въезду в Великобританию и Северную Ирландию.

Далее предлагается заполнить иммиграционную форму, визуально пародирующую официальный документ. После заполнения формы появляется текст, написанный наполовину на португальском, наполовину на английском, абстрактно повествующий о расистских законах об иммиграции.

Сам текст содержит множество ссылок на другие страницы, что позволяет рассмотреть проблемы иммиграционной политики с разных сторон. Например, есть ссылка на статью «Народный трибунал по вопросам иммиграции и убежища», а также ссылки на страницу с историей о насильственной смерти Джой Гарднер и заметка о фильме «Вкус свободы».

Интересно, что на многих из этих страниц появляются всплывающие окна — это используется как способ диалога со зрителем. Например, на сайте, посвящённом гибели Джой Гарднер, возникают окна с рядом требований, касающихся политики в отношении полицейских, совершивших убийство людей под стражей.

Однако Mongrel не останавливаются на этом, предлагая ещё один способ рассмотреть ситуацию: перейдя по стрелочкам с гендерами, можно обнаружить веб-страницы о расовом профайлинге в британской иммиграционной системе и таможне.

Одна из стрелок ведёт пользователя к истории от лица чернокожей женщины. Её, прибывшую прямым рейсом из Ямайки, заставляют «подпрыгнуть и присесть» (Mongrel, Heathrow) якобы для проверки на наркотики. Когда обыск ничего не находит, офицер не успокаивается и переключается на версию о поддельном паспорте и нелегальной иммиграции. Женщина вынуждена улыбаться и быть вежливой, потому что любое «неправильное» поведение будет использовано против неё.

Повествование здесь внешне выстроено в формате комикса. Ячейки таблицы становятся не только формой для размещения текста, но и пространством для реплик и иллюстраций.